После возвращения с больничного на столе Кири вместо приятной открытки от коллег оказался стикер от директора:
– Кира, в 18:30 ко мне. Проект горит.
Поначалу она иронично пошутила, но в офисе никто не поддержал шутку, лишь молчаливые взгляды выдали правду, которая оставалась скрытой.
В течение двух недель, пока Кира боролась с последствиями гриппа, их директор Роман подписал контракт с федерацией и напряг всю команду. Сроки по проекту были нереальными, и вся бухгалтерия находилась в состоянии перегрева. Кира, будучи менеджером, смогла это пережить до определенного момента, когда сбор всех трудозатрат стал критическим.
Кира работала свыше нормы: её официальные часы были с девяти до шести, но на практике она уходила в девять, десять, а иногда даже к полуночи. Директор любил говорить, что команда – это семья, и вся семья трудится, даже когда за окнами ночь.
Пока она искренне желала доказать свою компетентность и работала на результат, вскоре стало очевидно: работа после шести часов превращалась в чужие задачи. Коллеги обращались за помощью, а Кира продолжала тянуть за собой. В результате, каждое утро она просыпалась с тревогой, боясь о том, что не заполнила все важные файлы.
Когда время пришло взять больничный, она поняла, что ситуация вышла из-под контроля: каждый вечер Роман писал, просил глянуть файлы. Чувство вины за отсутствие придавало ей дополнительный стресс.
Ситуация перед увольнением
Возвращение в офис стало настоящим шоком для Киры. Контракт был подписан, а производственный цех находился под угрозой. Она предложила свои условия, требуя хотя бы две недели без переработок. Но Роман, казалось, не понимал всей серьезности ситуации: она была “просто менеджером, сидящим за компьютером”.
Ситуация стала все более угнетающей. Каждый раз, покидая офис, Кира чувствовала на себе взгляды коллег, а Роман был неумолим. Нагрузки росли, но Кира отказывалась быть scapegoat для чужих ошибок.
Решение покинуть компанию
Последняя капля пришлась на тот момент, когда Роман написал в общий чат, что Кира отказывается стать частью финального прогона. Она понимала, что если согласится, проект окажется под ее контролем, а ее здоровье снова под угрозу. На кухне, сидя с холодным чаем, она приняла решение отправить заявление об увольнении.
Ей не было легко, ведь она понимала, что компания нуждалась в ней, однако больше нельзя было позволять себя эксплуатировать. Позже, получив звонки о том, что проект “горит”, она стала более чем уверена в правильности своего выбора.
Кира поняла, что когда одного человека могут вести до предела, это затрагивает весь коллектив. Она вновь нашла свой баланс и начала работать в компании, где её труд и время стали цениться настоящим образом, а переработка стала табу.
