Часто кажется, что мы умеем находить общий язык только с помощью принуждения. Стремление к самосовершенствованию в какой-то момент может пересечь границу между благими намерениями и бессмысленным самопоеданием. Изменения, достигаемые через насилие, оказываются временными. Тем не менее, этот путь продолжается.
Если углубиться в природу насилия, становится очевидным, что именно власть придаёт ему определённое оправдание. Принцип «Кто сильнее, тот прав» может служить символом этого жестокого закона. Взять, к примеру, буллинг в учебных заведениях или военные конфликты — примеров не счесть. Общественная жизнь пронизана различными формами насилия.
Однако насилие затрагивает не только наше окружение, но и внутренний мир. Мы можем лишать различные аспекты своей психики права на существование. Это может быть неуверенность, гнев или тревога. Мы часто произносим: «Ненавижу свою слабость» или «Не хочу чувствовать гнев». Изолируя эти чувства, мы открываем двери для разнообразных форм насилия — от игнорирования до самоистязания. Мы сами причиняем себе боль и страдаем от неё, преследуя себя в собственных мыслях.
Природа насилия в человеческой психике
Отказаться от насилия трудно не только по привычке, но и согласно человеческой природе. Мы склонны классифицировать окружающий мир на «правильное» и «неправильное», «черное» и «белое», «они» и «мы». Как изменился бы наш внутренний и социальный ландшафт, если бы мы научились избегать этих бинарных категорий? Что могло бы стать достоинством альтернативы?
Путь к внутреннему согласованию
Насилие невозможно там, где существует целое. В подходе понимания в психотерапии Ф.Е. Василюка внутренний мир клиента рассматривается как полифония голосов. В этом контексте личность становится тем пространством, которое может примирить разные состояния и качества. Человек — это музыкант, готовый исполнить заготовленное произведение собственных переживаний. Задача терапии состоит в помощи в раскрытии уникального стиля исполнения и нахождении смысла в этом порой мучительном путешествии.
Арнольд Минделл, создатель процессуальной работы, вводит понятие глубинной демократии, описывая схожие концепции на различных уровнях — психическом, межличностном и социальном. «Чтобы организации, сообщества и нации преуспели сегодня и выжили завтра, они должны быть глубоко демократичными, то есть каждое чувство должно иметь своё представительство.»
Может быть, настало время спросить себя: есть ли в вас часть, которая так долго подавлялась, что потеряла голос? Что бы она сказала, если бы ей вновь дали возможность говорить?
